Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499)938-71-58 (бесплатно)
Регионы (вся Россия, добавочный обязательно):
8 (800) 350-84-13 (доб. 215, бесплатно)


Образец Заявления о замене стороны по делу в порядке правопреемства, как написать пример

Замена истца по договору цессии

Образец Заявления о замене стороны по делу в порядке правопреемства, пример

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования -цессия). Уступка требования регулируется ст. ст. 382 — 390 ГК.

Правопреемство в арбитражном процессе основывается на правопреемстве в гражданском праве и обусловливается правопреемством в материальном праве.

https://www.youtube.com/watch?v=ytdeven-GB

Следует отметить, что споры, связанные с уступкой прав требования(цессией) дело сложное и непростое, поэтому всегда стоит подумать, прежде чем затевать подобное самостоятельное.

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Процессуальное правопреемство возможно лишь тогда, когда процесс по делу уже идет и возможно на любой стадии арбитражного процесса (в суде первой, апелляционной, кассационной инстанции и в надзорном производстве), в том числе на стадии исполнения решения.

На замену стороны ее правопреемником или на отказ в этом арбитражным судом указывается в соответствующем судебном акте, который может быть обжалован.

Процессуальное правопреемство возникает на основе материально-правового правопреемства, в связи с чем правопреемник становится участником материально-правовых отношений, правопредшественник соответственно выбывает из этих отношений.

В статье 52 ФЗ «Об исполнительном производстве» говорится, что в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга и другое) судебный пристав-исполнитель на основании судебного акта, акта другого органа или должностного лица производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

Замена истца по договору цессии

Таким образом, в случае замены стороны по исполнительному листу, предъявленному ко взысканию в подразделение службы судебных приставов-исполнителей, судебный пристав заменив взыскателя на основании определения арбитражного суда продолжает исполнять первоначально предъявленный исполнительный лист. При этом выдача нового исполнительного листа не осуществляется, так как замена стороны в исполнительном производстве не является основанием для выдачи нового исполнительного листа. Инициаторами правопреемства в арбитражном деле могут быть правопредшественник, правопреемник, суд.

Определения арбитражного суда о замене лица, участвующего в деле, на основании ст. 48 АПК РФ и об отказе в привлечении правопреемника могут быть обжалованы.

Данный вид судебного документа для защиты своих прав и экономических интересов используется очень часто среди юридических лиц с целью оптимизации дебиторской задолженности .

При подготовке данных судебных документов следует помнить, что Арбитражный процессуальный кодекс РФ не определяет субъектный состав заявителей. Инициатором процессуального правопреемства может быть: сторона, выбывшая из спорного правоотношения, правопреемник, суд. Право (требование), принадлежащее кредитору на основа­нии обязательства, может быть передано им другому на осно­вании закона или договора. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не пре­дусмотрено законом или договором.

Необходимо помнить , что переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Также необходимо учитывать, что процессуальное правопреемство не может быть сингулярным: процессуальные права и обязанности переходят к правопреемнику всегда в полном объеме. Отсюда приобретатель части требования, вступивший в арбитражный процесс приобретает все процессуальные права и несет процессуальные обязанности, связанные с уступленным требованием.

И еще один важный момент в подготовке данного судебного документа: материальное правопреемство, состоявшееся до возбуждения дела в арбитражном суде, влечет замену ненадлежащей стороны, а произошедшее после возбуждения производства по делу (на любой стадии) – процессуальное правопреемство.

В силу ст.48 АПК РФ прошу произвести замену стороны взыскателя ООО«Тритон» на правопреемника ООО «Геккон» в связи с заключением между указанными лицами «07»марта 2011 г. договора уступки прав (цессии) N.36 по исполнительному листу N. 37-АП от05.03.2011,выданному Арбитражным судом г.Тюмени по делу N.

Замена истца по договору цессии

Приложение:
1. Копия доверенности на представителя ООО«Геккон»
2. Копия договора N. 36 от «05» марта 2011 г.
3. Копия исполнительного листа N.37-АП.
4. Копия свидетельства о внесении в Единый государственный реестр юридических лиц юридического лица, зарегистрированного до 01.01.2006 г.

5. выписка из ЕГРЮЛ в отношении Истца и ООО «Геккон»

от «01» декабря 2014 г.

6. Почтовые квитанции об отправке копий документов правопреемнику ООО «Геккон»

Представитель     Подпись     «09» марта 2015г.

Составитель

Таштимиров Рустам Ринатович

Специалист по экономике и праву

Количество показов: 130045

Пояснительная записка к Заявлению о замене стороны по делу в порядке правопреемства

В деле об обязании государственного органа заключить договор аренды земельного участка правопреемник истца заявил о правопреемстве. Суды отказали. Закон предоставляет право на обращение с заявлением о предоставлении в аренду земельного участка исключительно тому лицу, в отношении которого принято решение о предварительном согласовании места размещения объекта.

Суды пришли к выводу, что соглашение об уступке права требования на заключение договоров аренды земельных участков было направлено обществу вне установленного законом порядка предоставления земельного участка для строительства, что противоречит нормам земельного законодательства. Суды сочли сделку ничтожной и, как следствие, пришли к выводу о невозможности процессуального правопреемства 1 .

Самой распространенной причиной отказа в удовлетворении заявления о процессуальной замене лица, участвующего в деле, является признание судом того факта, что уступки не произошло. Например, суды отказывают в удовлетворении ходатайства о правопреемстве в случае отсутствия оригинала договора цессии либо подтверждающих документов.

3 тыс. раз отказали суды первой инстанции в правопреемстве в 2017 году

Реквизиты акта Основание отказа
Постановление АС Северо-Западного округа от 04.09.2017 по делу № А56-9593/2013 Истец заключил договор уступки прав требования. Помимо права требования, цедент также обязался передать все ранее полученное по основному обязательству, в том числе взысканные денежные средства по судебным актам, которые были впоследствии отменены. Суды сочли, что договор регулируется нормами как об уступке требования, так и о переводе долга. Поскольку истец не получил согласие на перевод долга, сделка противоречит положениям гл. 24 ГК и не может служить основанием для процессуального правопреемства
Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11.04.2012 по делу № А29-8708/2010 Суд отказал в процессуальном правопреемстве в связи с тем, что уступка произведена в нарушение требований Закона о банкротстве, в частности не было получено согласие кредиторов, не проводились торги
Постановление АС Дальневосточного округа от 09.02.2018 по делу № А04-5473/2010 Залоговый кредитор в банкротных процедурах заключил договор уступки права требования, обеспеченного залогом. Суды отказали в процессуальном правопреемстве в связи с тем, что в рамках обеспечительных мер цеденту было запрещено распоряжаться своим правом на предмет залога. Договор является недействительным
Постановление АС Западно-Сибирского округа от 14.06.2017 по делу № А27-19921/2016 Суды отказали в процессуальном правопреемстве, признав договор цессии ничтожным в связи со злоупотреблением правами при его заключении. В частности, суды указали на то, что как цедент, так и цессионарий участвуют в корпоративном конфликте, между сторонами ведутся судебные споры, сделка заключена с целью вывода активов и причинения вреда цеденту
Постановление АС Московского округа от 27.03.2018 по делу № А40-89322/2016 Суды отказали в правопреемстве, так как признали договор цессии ничтожной сделкой. При этом суды исходили из того, что размер платы за уступленное по договору право является символическим, что свидетельствует о намерении цедента фактически безвозмездно уступить указанное право. Кроме того, на момент заключения договора цессии право на взыскание долга за указанный в нем период у цедента не наступило и, соответственно, не могло быть передано третьему лицу по договору уступки права требования

Суд может подвергнуть сомнению переход прав по договору цессии даже в том случае, если не представлено подтверждение полномочий подписанта. Например, истец в суде кассационной инстанции заявил о заключении им с третьим лицом договора цессии и просил произвести процессуальную замену на правопреемника.

Суд отказал в удовлетворении заявления. Он указал на то, что в материалы дела не представлена доверенность на подписанта договора со стороны правопреемника. Ссылка в договоре на реквизиты доверенности сама по себе не свидетельствует о наличии у подписавшего договор физического лица необходимых полномочий 3 .

Суды также могут отказать в правопреемстве, когда по условиям договора переход права происходит после оплаты, но заявитель не может представить подтверждение такой оплаты 4 .

При этом необходимо учитывать, что отсутствие в договоре цессии условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным 5 .

Правопреемник истца по делу заявил о правопреемстве. Суды нижестоящих инстанций отказали в замене истца, посчитав цессию договором дарения, заключение которого между коммерческими организациями запрещено. Суды сослались на неравноценное встречное представление, а также на отсутствие оплаты по договору.

Суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов, так как несоответствие объема требования плате за него само по себе еще не говорит о ничтожности такой сделки. Следовательно, договор уступки прав был заключен, а значит, правопреемство с материально-правовой точки зрения произошло 6 .

Данный подход, по сути, повторяет п. 9 информационного письма Президиума ВАС от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Информационное письмо № 120).

Реквизиты акта Основания отказа
Постановление АС Волго-Вятского округа от 13.06.2017 по делу № А28-5819/2016 Суды отказали в процессуальном правопреемстве на стороне истца (участника общества, действовавшего от его имени) по делу о признании недействительными договоров купли-продажи имущества общества. Договор уступки предусматривал передачу права на оспаривание договоров купли-продажи, а также право требования имущества, реализованного по указанным договорам, право требования убытков, расходов, штрафов, неустойки. Суды указали, что поскольку иск заявлен участником общества, а само общество не предъявляло иск, то и правопреемства не возникло. В части последствий недействительности сделки процессуальная замена также произойти не могла, так как возникновение права связано с принятием судом решения
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 26.06.2012 по делу № А10-5075/2010 Суд отказал в процессуальном правопреемстве, поскольку у лица, подписавшего договор от имени цедента, отсутствовали соответствующие полномочия. Договор не заключен, материального правопреемства не произошло — следовательно, отсутствуют основания для процессуального правопреемства
Постановление АС Московского округа от 17.10.2018 по делу № А41-15028/2013, постановление АС Поволжского округа от 15.08.2017 по делу № А06-7671/2010 Суды отказали в процессуальном правопреемстве, поскольку договор цессии связывал переход права с полной оплатой стоимости прав цессионарием. В связи с отсутствием оплаты перехода права в материально-правовом смысле не произошло. Как следствие, не возникло права на процессуальное правопреемство
Постановление АС Московского округа от 21.05.2018 по делу № А40-2687/2017, постановление АС Московского округа от 27.03.2018 по делу № А40-89322/2016 При рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве одна из сторон договора цессии возражала относительно правопреемства. Указанное является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявления, так как заявление, сделанное лишь одной стороной договора цессии, при наличии возражений относительно данного заявления у другой стороны договора априори влечет отказ в удовлетворении указанного заявления о процессуальном правопреемстве в порядке ст. 48 АПК, поскольку спор о праве, вытекающий из договора цессии, не является предметом судебной деятельности начавшегося процесса

Суд указал на невозможность удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве, так как предметом спора являлось обращение взыскания на недвижимое имущество, заложенное по договорам об ипотеке. Однако в нарушение требований гражданского законодательства уступка права требования не прошла государственную регистрацию 8 .

Аналогичные требования предусмотрены законом и для уступки прав по сделкам, совершенным в нотариальной форме. Например, суды отказали в удовлетворении иска об обращении взыскания на долю общества, заложенную по договору залога, заключенного в обеспечение кредитного договора. Истец заключил с цедентом договор уступки права требования по кредитному договору и договору залога. При этом кредитный договор был заключен в простой письменной форме, а договор залога был оформлен нотариально.

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили иск, сославшись на то, что предметом договора цессии является кредитный договор, а не договор залога.

Суд кассационной инстанции с решением не согласился. Он указал на то, что иск заявлен об обращении взыскания на договор залога, а следовательно, необходимо рассматривать передачу прав именно в части залога.

Суды при повторном рассмотрении дела пришли к выводу, что к истцу не перешло право требования в части залога, так как договор цессии в нарушение требований законодательства не был заключен в нотариальной форме. Таким образом, право требования у истца отсутствует 9 .

Замена стороны в исполнительном производстве регулируется нормами процессуального законодательства. Вопрос о правопреемстве на стадии исполнения разрешает суд 11 .

На стадии исполнения судебного акта суды также проверяют материально-правовые основания перехода прав и обязанностей к правопреемнику. Однако на практике у новых кредиторов могут возникнуть трудности, связанные с заменой стороны именно на стадии исполнения судебного акта.

При процессуальной замене лица на правопреемника новый исполнительный лист не выдается, а действует ранее выданный документ с учетом соответствующего судебного акта арбитражного суда о процессуальном правопреемстве12. Это подтверждается судебной практикой13. Соответственно, исполнение должно производиться на основании ранее выданного исполнительного документа.

Нет согласия цедента и цессионария

Для процессуального правопреемства требуется наличие согласия цедента и цессионария (п. 33 Постановления № 54). В отсутствие согласия цедента на замену его правопреемником цессионарий вправе вступить в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора (ч. 1 ст. 50 АПК).

Эти правила применяются также в случае уступки кредитором части требований после предъявления им иска в защиту всего объема требований и при наличии ходатайства о частичной замене на стороне истца. При замене цедента цессионарием в части заявленных требований оба лица, являясь истцами, выступают в процессе самостоятельно и независимо друг от друга.

После принятия данного постановления цеденты стали активно возражать относительно процессуального правопреемства 10 .

Предлагаем ознакомиться:  Статья 429 ГК РФ. Предварительный договор

На практике часто возникает вопрос о судьбе соглашения об уступке требования по недействительной сделке. Порочность права требования, переданного по договору уступки, а равно полное отсутствие реального обязательства, лежащего в его основании, не является причиной для вывода о недействительности договора уступки. Таким образом, недействительность сделки не влечет невозможности замены истца по иску, в основание которого положено переданное требование, в порядке сингулярного правопреемства по ст. 48 АПК (постановления АС Западно-Сибирского округа от 18.10.2018 по делу № А46-18705/2017, ФАС Волго-Вятского округа от 21.12.2009 по делу № А43-3650/2009). Выводы судов базируются на разъяснениях п. 8 Постановления № 54, п. 1 Информационного письма № 120, постановления Президиума ВАС от 10.07.2012 № 2551/12.

Процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта

Для замены стороны на стадии исполнительного производства существенным является также вопрос срока предъявления исполнительного документа к исполнению. Верховный суд указывает, что на стадии исполнения судебного акта замена цедента цессионарием происходит по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен.

Если срок для предъявления исполнительного листа к исполнению истек, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявление исполнительного листа к исполнению14. Соответственно, правопреемникам для минимизации рисков следует внимательно относиться к срокам исполнения судебного акта, в том числе и при заключении договоров цессии.

Судебный пристав Отказал в возбуждении исполнительного производства, потому что в исполнительном листе были данные прежнего взыскателя

Истец Правопреемник обратился в суд с жалобой

Суд Признал действия пристава незаконными. Он указал, что заявитель приложил определение о процессуальном правопреемстве, а этого достаточно для признания заявителя надлежащим взыскателем и возбуждения исполнительного производства

Суд не будет выдавать новый исполнительный лист, если замена происходит на стадии исполнения

В случае необходимости замены на стадии исполнительного производства правопреемникам следует также внимательно отнестись к тому, какой суд должен произвести замену. В соответствии с законодательством вопросы, связанные с ходом исполнительного производства, разрешаются судом, выдавшим исполнительный документ.

Во исполнение пункта 4.1.3 плана работы Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа на первое полугодие 2007 года коллегия по рассмотрению споров, возникающих из гражданских правоотношений, обобщила практику рассмотрения споров, вытекающих из заключения, неисполнения или ненадлежащего исполнения договоров уступки права требования (цессии), признания договоров незаключенными и недействительными.

В статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Таким образом, уступка права требования (цессия) — это соглашение о замене прежнего кредитора (цедента), который выбывает из обязательства, новым кредитором (цессионарием), к которому переходят все права прежнего кредитора.

Уступка требования в последнее время широко используется в хозяйственном обороте; применение данного института порождает большое количество арбитражных споров.

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее — Кодекс) не содержит норм, специально регламентирующих вопросы заключения и исполнения договоров цессии, поэтому очень важное значение имеет выработанная арбитражными судами практика.

На настоящий момент устоявшейся является практика по таким ранее спорным вопросам как действительность договора цессии, не содержащего условия о возмездности сделки; возможность уступки требования, возникшего в рамках длящегося договорного обязательства.

Вместе с тем по многим другим вопросам практика арбитражных судов при рассмотрении такого рода споров противоречива.

https://www.youtube.com/watch?v=https:accounts.google.comServiceLogin

С целью достижения единства судебно-арбитражной практики в обобщении проанализированы дела, рассмотренные судьями гражданской коллегии за указанный период и приведена правовая позиция Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа по конкретным спорам.

За 2006 год судьи коллегии по рассмотрению споров, возникающих из гражданских правоотношений, разрешили 30 споров, касающихся соглашений по уступке права требования, за четыре месяца 2007 года (январь — апрель) рассмотрели 14 дел названной категории. По восьми делам судебные решения пересмотрены в кассационном порядке в связи с неправильным применением арбитражным судом норм материального права, из них по двум делам приняты новые судебные акты, шесть дел передано на новое рассмотрение в связи с тем, что суды не исследовали и не дали оценки всем документам, имеющимся в деле.

1. Признание договора цессии незаключенным

Законодатель не определяет существенных условий для договора данного вида. Согласно пункту 1 статьи 432 Кодекса существенным условием для всех договоров является условие о предмете договора. В пункте 1 статьи 382 Кодекса установлено право кредитора передать другому лицу требование, принадлежащее ему на основании обязательства. Из смысла названной нормы следует, что предметом договора цессии является уступка права (требования), возникшего из конкретного обязательства.

1.1. Отсутствие в договоре цессии ссылки на обязательство, из которого возникло уступаемое право, делает договор беспредметным, в связи с чем его нельзя признать заключенным.

Закрытое акционерное общество (далее — Общество) обратилось в арбитражный суд с иском к администрации района (далее — Администрация) о взыскании задолженности по оплате услуг по обслуживанию жилищного фонда, оказанных закрытым акционерным обществом (далее — Общество 2). Исковые требования основаны на договоре уступки права (требования), заключенном истцом с Обществом 2.

Суд отказал в иске, сославшись на незаключенность договора уступки права требования вследствие отсутствия в нем условия о предмете.

Суд кассационной инстанции оставил решение без изменения, исходя из того, что статья 382 (пункт 1) Кодекса позволяет кредитору передать по сделке другому лицу право, принадлежащее ему на основании обязательства. Следовательно, договор цессии должен содержать сведения об обязательстве, из которого у первоначального кредитора возникло уступаемое право. Спорный договор таких сведений не содержит (дело N А43-25372/2005-1-736).

1.2. При уступке требования, возникшего в рамках длящегося договорного обязательства, договор цессии должен содержать ссылку на период образования задолженности либо на документы, позволяющие определить этот период.

Закрытое акционерное общество (далее — Общество) обратилось в арбитражный суд с иском к муниципальному предприятию «Теплоэнерго» о взыскании 1 000 000 рублей долга по договору на отпуск и прием сточных вод, а также процентов за пользование чужими денежными средствами. Исковые требования основаны на договоре уступки права требования, заключенном истцом с муниципальным унитарным предприятием «Водоканал».

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано. При принятии судебных актов суды обеих инстанций исходили из того, что договор цессии нельзя считать заключенным, поскольку в нем не отражены существенные условия, касающиеся предмета договора.

В кассационной жалобе Общество указало на согласованность сторонами предмета договора цессии, содержащего ссылку на номер и дату договора на отпуск и прием сточных вод.

При проверке законности судебных актов суд округа установил, что согласно договору цессии истцу уступлено право требования с должника долга в сумме 2 000 000 рублей. Имеющийся в деле акт сверки расчетов первоначального кредитора с должником свидетельствует о наличии задолженности МУП «Теплоэнерго» перед МУП «Водоканал» на момент заключения договора цессии в сумме 85 502 639 рублей.

Из договора на отпуск и прием сточных вод возникли обязательства длящегося характера. МУП «Водоканал» (первоначальный кредитор), уступая право требования части задолженности, должно было указать период задолженности либо сослаться на счета-фактуры (платежные требования), тем самым конкретизировать долг. Спорный договор цессии не содержит названной информации.

С учетом изложенного арбитражные суды первой и апелляционной инстанций сделали правильный вывод об отсутствии соглашения сторон по предмету договора и правомерно отказали Обществу в удовлетворении исковых требований.

Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа оставил судебные акты без изменения (дело N А43-9110/2005-3-251).

1.3. Договор цессии, заключенный от имени цедента неуполномоченным лицом, не создает для первоначального кредитора правовых последствий.

Первоначальный кредитор обратился в арбитражный суд с иском к новому кредитору о взыскании неосновательного обогащения. Иск мотивирован тем, что денежные средства получены ответчиком от должника на основании договора уступки права требования, заключенного от имени цедента неуполномоченным лицом.

Решением суда в иске отказано. Установив факт подписания договора цессии от имени цедента неуполномоченным лицом, суд указал, что в соответствии с пунктом 1 статьи 183 и пунктом 1 статьи 432 Кодекса договор не может считаться незаключенным, а потому правила статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации не применимы к спорным правоотношениям.

Общество обжаловало решение в кассационном порядке. По мнению заявителя жалобы, договор цессии не может служить основанием для перехода его прав к другому лицу, поскольку заключен неуполномоченным лицом — коммерческим директором; Общество впоследствии данную сделку не одобряло.

Суд округа признал обоснованными доводы кассационной жалобы.

Из материалов дела следует, что договор на предмет уступки права требования с должника суммы долга заключен от имени первоначального и нового кредиторов одним и тем же лицом, являвшимся в Обществе-цессионарии генеральным директором, а в Обществе-цеденте — коммерческим директором.

Как установлено судом и не опровергнуто ответчиком, коммерческий директор не обладал полномочиями на совершение сделок по уступке прав другим лицам.

В соответствии со статьей 183 Кодекса при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица. Для представляемого такая сделка создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности лишь в случае последующего одобрения сделки.

Доказательства последующего одобрения первоначальным кредитором договора цессии в деле отсутствуют.

При таких обстоятельствах сделка не должна повлечь для истца правовых последствий, то есть нельзя считать истца цедентом в договоре.

Должник исполнил обязательство ответчику, перечислив последнему денежные средства, причитающиеся к оплате истцу. Следовательно, ответчик получил имущество без оснований, установленных законом либо сделкой.

В статье 1102 Кодекса предусмотрена обязанность приобретателя такого имущества возвратить его потерпевшему. Правила названной статьи должны применяться независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Исходя из названных норм права, суд кассационной инстанции отменил решение и принял новое об удовлетворении исковых требований (дело N А28-2495/2006-1449).

2. Признание договора цессии недействительным

Соглашения об уступке права требования должны соответствовать требованиям норм действующего законодательства. В статье 388 Кодекса установлено, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

2.1. Муниципальные унитарные предприятия вправе заключать соглашения об уступке права требования только с согласия собственника имущества.

Муниципальное унитарное предприятие (далее — МУП) обратилось в арбитражный суд с иском к открытому акционерному обществу (далее — ОАО) о признании недействительным (ничтожным) трехстороннего договора уступки права требования, как заключенного с нарушением требований статей 18 и 23 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». По условиям спорного соглашения ОАО (первоначальный кредитор) передало МУП (новому кредитору) право требования задолженности за тепловую энергию, отпущенную в 2005 году, с ряда МУП ЖКХ по договорам теплоснабжения.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано. При принятии судебных актов суды исходили из соблюдения требований Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее — Федеральный закон от 14.11.2002 N 161-ФЗ) о согласовании спорной сделки с собственником имущества МУП.

МУП в кассационной жалобе указало, что вывод судов двух инстанций о надлежащем согласовании договора уступки права требования с собственником имущества предприятия противоречит имеющимся в деле доказательствам, поскольку письмо Комитета по управлению муниципальным имуществом, в котором Комитет не возражал против заключения спорного соглашения, не содержит указания на дату и номер сделки; направленный Комитету проект договора существенно отличался от итогового документа, подписанного сторонами.

Исследовав материалы дела и доводы кассационной жалобы, суд округа не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

Федеральный закон от 14.11.2002 N 161-ФЗ содержит ряд ограничений прав муниципальных унитарных предприятий по распоряжению имуществом. Согласно пункту 4 статьи 18 названного Закона государственное или муниципальное унитарное — предприятие не вправе без согласия собственника совершать сделки, связанные с предоставлением займов, поручительств, получением банковских гарантий, с иными обременениями, уступкой требований, переводом долга, а также заключать договоры простого товарищества.

В материалы дела представлено письмо КУМИ, в котором последний выразил согласие на заключение МУП договора уступки права требования с ОАО. Кроме того, участником сделки уступки права требования в качестве гаранта являлась администрация города, и договор безоговорочно подписан высшим должностным лицом муниципального образования — мэром города.

Предлагаем ознакомиться:  Дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день по ТК РФ

Довод истца об отсутствии в письме КУМИ указаний на дату и номер договора цессии обоснованно отклонен судами обеих инстанций, поскольку доказательств наличия между спорящими сторонами в 2006 году иного договора цессии не представлено.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций сделали правильный вывод о соблюдении при заключении спорного договора требований Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» и правомерно отказали в признании спорной сделки недействительной (ничтожной) (дело N А43-16437/2006-17/334).

2.2. С момента введения наблюдения сделки, связанные с уступкой права требования, могут совершаться исключительно с согласия временного управляющего.

В рамках дела о несостоятельности общества с ограниченной ответственностью (далее — Общество 1) общество с ограниченной ответственностью (далее — Общество 2) обратилось в арбитражный суд с жалобой на действия конкурсного управляющего, выразившиеся в отказе во включении в реестр требований кредиторов требования заявителя, основанного на договоре цессии, заключенного Обществом 2 с открытым акционерным обществом.

Суд признал договор уступки права требования недействительным (ничтожным), так как он заключен в нарушение требований пункта 2 статьи 64 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» без согласования с временным управляющим цедента — открытого акционерного общества, и отказал в удовлетворении жалобы. Суд апелляционной инстанции оставил определение в силе.

Податель жалобы (Общество 2) посчитал ошибочными выводы судов о ничтожности договора цессии и указал, что Закон «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит прямого указания на ничтожность сделки, совершенной с нарушением пункта 2 статьи 64 Закона, поэтому ее следует расценивать как оспоримую. Стороны не обращались в арбитражный суд с иском о признании спорной сделки недействительной; уступка права требования признанного долга не ущемляет права предприятия-должника.

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда Общество 1 признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство, назначен конкурсный управляющий.

Основанием для обращения в суд с жалобой явился отказ конкурсного управляющего во включении Общества 2 в реестр требований кредиторов по требованию, уступленному открытым акционерным обществом.

Суд установил, что на момент заключения договора цессии в отношении открытого акционерного общества введена процедура наблюдения. В соответствии с пунктом 2 статьи 64 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, связанные с уступкой права требования, органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

В силу статьи 168 Кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из смысла Закона о банкротстве не следует, что сделки, совершенные с указанными нарушениями, являются оспоримыми, следовательно, такие сделки ничтожны.

Спорный договор об уступке права требования заключен без согласия временного управляющего открытого акционерного общества.

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанций обоснованно признали договор цессии ничтожным (дело N А79-3069/2000-СК1-2744).

2.3. Суд правомерно признал договор уступки права требования недействительным, поскольку сделка, заключенная сторонами в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, повлекла за собой предпочтительное удовлетворение требования ответчика перед другими кредиторами.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (далее — Общество 1) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее — Общество 2) о признании недействительным договора уступки права требования на основании пункта 3 статьи 103 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и применении последствий недействительности сделки.

Суд, установив, что данная сделка заключена сторонами в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, и повлекла за собой предпочтительное удовлетворение требования ответчика перед другими кредиторами, удовлетворил иск: признал договор уступки права требования недействительным и в качестве последствий недействительности сделки взыскал с Общества 2 стоимость имущественного права, переданного по оспариваемому договору.

Общество 2 в кассационной жалобе указало на несоответствие выводов суда о предпочтительном удовлетворении его требований фактическим обстоятельствам и материалам дела. По утверждению заявителя, Общество 2 получило по спорному договору только право требования денежных средств с третьего лица. Преимущественное удовлетворение требования ответчика перед иными кредиторами в данном случае возможно лишь при наличии согласия последних на удовлетворение своих требований таким способом. Ответчик полагал, что действия конкурсного управляющего по подаче настоящего иска надлежало квалифицировать как злоупотребление правом, поскольку они совершены только после исполнения должником обязательства перед новым кредитором.

Как следует из материалов дела, Общество 1 (цедент) и Общество 2 (цессионарий) заключили договор уступки права требования, по условиям которого цедент передал цессионарию право требования с муниципального унитарного предприятия 1 541 078 рублей задолженности по договору подряда; стоимость передаваемого права требования составила 1 541 078 рублей. В силу пункта 1.4 договора уступаемое право передано в счет погашения долга цедента перед цессионарием по другому договору.

В результате совершения сделки по уступке права требования предприятие-должник удовлетворило требование Общества 2 путем передачи права требования долга с муниципального унитарного предприятия, которое перечислило названную сумму новому кредитору.

В соответствии с пунктом 3 статьи 103 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, заключенная или совершенная должником с отдельным кредитором или иным лицом после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и (или) в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, может быть признана судом недействительной, если влечет за собой предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими кредиторами.

Рассматриваемое право требования ответчика к предприятию-должнику по Закону о несостоятельности относится к третьей группе очередности.

Суды двух инстанций установили наличие у должника кредиторов первой и второй очереди, а также кредиторов третьей очереди, с задолженностью, образовавшейся в более ранний период.

Таким образом, заключив договор уступки права требования, Общество 2 получило предпочтительное удовлетворение требования перед иными кредиторами Общества 1, поэтому суд правомерно признал договор цессии недействительным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость в деньгах — если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По Закону о несостоятельности иных последствий не предусмотрено, поэтому суд обоснованно в качестве применения последствий недействительности сделки взыскал с ответчика полученные им от муниципального унитарного предприятия денежные средства.

Суд округа оставил решение и постановление без изменения, а жалобу Общества 2 — без удовлетворения (дело N А43-42397/2005-2-1171).

2.4. В замене взыскателя по исполнительному производству отказано правомерно, так как договор цессии, заключенный взыскателем с другим лицом, является ничтожным.

Решением Арбитражного суда с общества с ограниченной ответственностью (далее — ООО) в пользу дочернего закрытого акционерного общества (далее — ДЗАО) взыскано 92 484 рубля неосновательного обогащения. Во исполнение принятого судебного акта выдан исполнительный лист.

На основании договора цессии, заключенного с ДЗАО, в арбитражный суд обратился Фонд с заявлением о замене им в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации взыскателя по исполнительному листу.

Определением суд удовлетворил заявление Фонда и произвел процессуальную замену взыскателя: ДЗАО заменил Фондом.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недействительности (ничтожности) договора цессии ввиду несоответствия его условий требованиям пункта 2 статьи 140 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», отменил определение и отказал Фонду в удовлетворении заявления о замене взыскателя.

Обжалуя постановление в Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа, Фонд указал на соблюдение сторонами пункта 2 статьи 140 Федерального закона от 26.102002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку договором предусмотрена оплата уступленного права в размере 90 процентов от суммы переданного требования. Оплата произведена: должник Фонда — общество с ограниченной ответственностью — исполнило обязанность по оплате, передав ДЗАО свой простой вексель на сумму 83 235 рублей 60 копеек со сроком платежа «по предъявлении».

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда ДЗАО признано несостоятельным (банкротом).

ДЗАО и Фонд заключили договор, согласно которому первое уступило второму право требования с ООО 92484 рублей долга, установленного решением арбитражного суда и подтвержденного исполнительным листом.

Оплату уступленного требования Фонд обязался произвести в течение 20 дней с момента полного или частично расчета с ним должника (ООО) в размере 90 процентов от уступленной по данному договору суммы.

В пункте 2 статьи 140 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что продажа прав требования должника осуществляется конкурсным управляющим в порядке и на условиях, предусмотренных пунктами 3 и 5 статьи 111 этого Федерального закона, если иное не установлено федеральным законом или не вытекает из существа требования. Условия договора продажи прав требования должника должны предусматривать получение денежных средств за проданные права требования должника не позднее чем через пятнадцать дней с даты заключения договора купли-продажи прав требования; переход прав требования только после их полной оплаты.

Данная норма является императивной и подлежит обязательному соблюдению и исполнению участниками гражданских правоотношений при совершении подобных сделок.

Как правильно установил суд апелляционной инстанции, спорный договор цессии не соответствует указанным требованиям. Пункт 5.1 договора определяет, что соглашение вступает в силу с момента его подписания, в то время как оплата переведенного права цедентом цессионарию предусмотрена только после оплаты задолженности должником.

В связи с несоответствием договора цессии требованиям пункта 2 статьи 140 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» суд апелляционной инстанции правомерно признал его недействительным (ничтожным) и отказал в замене взыскателя по исполнительному листу.

Суд округа отклонил довод заявителя жалобы о фактической оплате полученного им права требования в установленный законом срок, поскольку согласно пункту 2 статьи 140 Закона о банкротстве условие о переходе прав требования после их полной оплаты должно содержаться в договоре. Такого условия договор не содержит. Кроме того, Законом предусмотрена оплата переданных прав денежными средствами. Доказательств перечисления цеденту денежных средств цессионарий не представил (дело N А79-2149/2005).

2.5. Суд округа признал недействительным договор цессии ввиду несоответствия требованиям бюджетного законодательства Российской Федерации.

Прокуратура области обратилась в арбитражный суд с иском о признании недействительным договора цессии, заключенного открытым акционерным обществом (цедентом) с муниципальным образованием (цессионарием) на предмет уступки требования с государственного унитарного предприятия долга по договору энергоснабжения. Требования истца были мотивированы тем, что спорный договор противоречит нормам глав 24 и 43 Гражданского кодекса Российской Федерации. Муниципальное образование в лице администрации (далее — Администрация) указало на несоответствие условий договора нормам бюджетного законодательства.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано со ссылкой на соответствие условий договора требованиям норм главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и неприменимость к спорным правоотношениям норм главы 43 Кодекса. Суд первой инстанции отклонил доводы Администрации о нарушении требований бюджетного законодательства, указав, что муниципальное образование в результате заключения сделки стало кредитором должника.

С кассационными жалобами на судебные акты в Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа обратились Прокуратура и Администрация. Последняя настаивала на противоречии статьям 69, пункту 3 статьи 100, статье 115 Бюджетного кодекса Российской Федерации условия договора цессии об оплате муниципальным образованием коммерческой организации приобретенного права требования.

Исследовав доводы Администрации, суд округа признал их обоснованными.

Спорный договор предусматривает, что в порядке расчетов за полученные права требования муниципальное образование уплачивает открытому акционерному обществу в установленные сроки сумму 18 518 735 рублей, равную сумме задолженности государственного унитарного предприятия, право требования которой уступлено цедентом.

Сделав вывод о том, что цессионарий стал кредитором должника, суд не учел, что одновременно муниципальное образование стало должником цедента, то есть приняло на себя долговое обязательство.

Предлагаем ознакомиться:  Договор аренды квартиры без оплаты

Статьи 69 и 100 Бюджетного кодекса Российской Федерации содержат исчерпывающие перечни форм расходов бюджетов и форм долговых обязательств муниципальных образований. В силу пункта 3 последней из названных норм долговые обязательства муниципального образования могут существовать в форме: кредитных соглашений и договоров, заключенных муниципальным образованием; займов муниципального образования, осуществляемых путем выпуска ценных бумаг от имени муниципального образования; договоров о предоставлении муниципальных гарантий, договоров поручительства муниципального образования по обеспечению исполнения обязательств третьими лицами; долговых обязательств юридических лиц, переоформленных в муниципальный долг на основе правовых актов органов местного самоуправления.

Органы местного самоуправления муниципального образования не принимали правовых актов о переоформлении долговых обязательств ГУП в муниципальный долг. Под другие виды разрешенных законом форм расходов бюджета условие сделки об оплате коммерческой организации уступленного ею права требования не подпадает.

Таким образом, принятое на себя муниципальным образованием обязательство влечет несанкционированное расходование бюджетных средств, что противоречит требованиям бюджетного законодательства.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна.

Исходя из изложенного, суд кассационной инстанции отменил судебные акты и принял новое решение об удовлетворении иска (дело N А28-5574/2006-275/17).

3. При рассмотрении дел по искам новых кредиторов к должникам и цедентов к цессионариям основным является вопрос о моменте перехода права. Нормами главы 24 Кодекса данный вопрос не регулируется. Подход судов к разрешению этого вопроса различен.

Некоторые суды определяют переход права моментом заключения договора цессии.

Суд округа считает такую позицию ошибочной. В практике суда кассационной инстанции встречалось немало дел, в которых на одну и ту же задолженность претендовали два или более кредитора. Были случаи, когда должник, возражая против требований истца, ссылался на погашение задолженности другому лицу на основании полученного от последнего уведомления о заключении с первоначальным кредитором договора цессии.

Разрешая споры такого рода, суд округа пришел к выводу, что правообладающим лицом в обязательстве может быть лишь лицо, у которого находятся правоустанавливающие документы, ибо без документов, подтверждающих требование, реализация права в судебном порядке невозможна.

Статья 385 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает цедента передать цессионарию документы, удостоверяющие право требования, и позволяет должнику не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу.

По убеждению суда, основанному на материалах конкретных дел, доказательствами перехода права могут служить лишь подлинные правоустанавливающие документы, а не договор цессии и извещение о состоявшейся уступке.

Практика показывает, что недобросовестными лицами договор цессии может оформляться, а извещение — направляться неоднократно. Поэтому суду при рассмотрении дел по искам, основанным на договоре цессии, необходимо установить, является ли истец надлежащим кредитором.

Например, Общество с ограниченной ответственностью (далее — Общество 1) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее — Общество 2) о взыскании задолженности по оплате поставленных лесоматериалов.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечен индивидуальный предприниматель Н., который в рамках другого дела выступал истцом с требованием о взыскании с Общества 2 той же задолженности на основании договора цессии, заключенного 11.01.2005 с Обществом 1.

Суд удовлетворил иск Общества 1, взыскав в его пользу с Общества 2 сумму долга. При принятии решения суд исходил из того, что договор от 11.01.2005 об уступке права предпринимателю Н. недействителен, поскольку из представленных истцом материалов видно, что 10.01.2005 Общество 1 заключило договор цессии с другим обществом с ограниченной ответственностью (далее — Общество 3), уступив ему право требования спорной задолженности. По договору от 10.02.2005 произошла обратная уступка права требований от Общества 3 Обществу 1. На основании указанных документов суд сделал вывод об отсутствии 11.01.2005 у Общества 1 спорного права и невозможности передачи его по сделке предпринимателю Н. Постановлением суда апелляционной инстанции решение оставлено без изменения.

С кассационной жалобой на судебные акты в суд округа обратилось третье лицо — предприниматель Н., который указал, что именно он является надлежащим кредитором в спорном обязательстве, так как, заключив договор цессии от 11.01.2005, Общество 1 передало ему подлинные бухгалтерские документы, удостоверяющие право.

Исследовав доводы заявителя и материалы дела, суд кассационной инстанции признал необоснованным вывод суда о недействительности договора цессии от 10.01.2005. Договор соответствует требованиям норм действующего законодательства. Факт исполнения этого договора подтвержден передачей правоустанавливающих документов (накладных на поставку пиловочника ответчику, счетов-фактур). Представленные предпринимателем Н. документы полностью соответствуют документам, имеющимся у Общества 2 (ответчика). Накладные, представленные в дело истцом, отличаются от документов ответчика и третьего лица.

Передача предпринимателю документов, подтверждающих право требования, свидетельствует о невозможности уступки того же права Обществу 3.

Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа отменил судебные акты, как принятые с нарушением норм материального права, и принял новое решение об отказе Обществу 1 в иске (дело N А28-2566/2005-49/10).

4. В судебной практике многочисленны случаи замены взыскателя на стадии исполнительного производства на основании заключенного взыскателем с другим лицом договора цессии. Право на проведение процессуального правопреемства на любой стадии арбитражного процесса предусмотрено статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении заявлений такого рода различен подход судов к вопросу о необходимости исследования судьбы исполнительного листа.

Суд округа считает, что замена взыскателя без выяснения этого вопроса невозможна. В силу статьи 384 Кодекса право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в объеме, существовавшем к моменту перехода права. Поэтому суд должен установить соответствие либо несоответствие указанного в договоре цессии объема уступаемого права фактически существующему объему. Для этого представляется необходимым истребовать от цессионария подлинный исполнительный лист либо сведения Службы судебных приставов о состоянии исполнительного производства.

Например, арбитражный суд удовлетворил заявление общества с ограниченной ответственностью (далее — Общество 1) о замене его как взыскателя по исполнительному листу по делу о взыскании в его пользу с открытого акционерного общества (далее — ОАО) другим обществом с ограниченной ответственностью (далее — Общество 2). Заявление основано на договоре цессии, заключенном Обществами 1 и 2.

Должник обжаловал определение в суд кассационной инстанции. В жалобе ОАО указало на недействительность договора цессии, заключенного взыскателем с другим лицом. Данный довод мотивирован тем, что на момент совершения сделки Общество 1 не обладало правом по исполнительному листу, так как уступило это требование другому лицу по ранее заключенному договору цессии. Посредством еще двух последовательных уступок требование перешло к обществу с ограниченной ответственностью (далее — Общество 3), с которым должник рассчитался путем проведения зачета встречных однородных требований. О совершении каждой уступки требования должник письменно извещался. Исходя из изложенного, ОАО считало, что не является должником по исполнительному листу и просило отказать в проведении процессуального правопреемства.

Суд округа не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии со статьей 385 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу. Согласно статье 312 Кодекса риск последствий непредъявления требования по представлению доказательств исполнения обязательства надлежащему кредитору несет должник.

В статье 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что процессуальное правопреемство производится арбитражным судом. Как видно из материалов дела и не оспаривается должником, до обжалуемого определения замена взыскателя судом не производилась. Из ответа Службы судебных приставов на запрос суда следует, что исполнительный лист не исполнялся.

При таких обстоятельствах определение суда о замене взыскателя признано законным и оставлено без изменения (дело N А29-2148/2002-2э).

Вместе с тем неоднократно встречались ситуации, когда суд производил замену взыскателя лишь на основании договора цессии, не выясняя вопроса о том, не был ли исполнительный лист исполнен первоначальному кредитору полностью либо в части.

Так, из представленных в дело N А43-1951/2006-2-40 судебных актов арбитражного суда другого округа, следует, что определением, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, произведена замена взыскателя на основании договора цессии. При этом доводы должника (Министерства обороны Российской Федерации) о погашении им большей части долга первоначальному кредитору отклонены судебными инстанциями со ссылкой на статью 386 Кодекса, согласно которой должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав.

На наш взгляд, такой подход к замене взыскателя по исполнительному листу противоречит статье 384 Кодекса.

Выдвижение должником на стадии исполнительного производства возражений по объему требования при наличии судебного акта, определившего переход права на всю сумму исполнительного листа, представляется проблематичным.

5. Неоднозначна практика рассмотрения судами вопроса о последствиях уступки права требования после обращения кредитора с иском в арбитражный суд.

В силу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при уступке истцом требования, служащего предметом заявленного им иска, суд по заявлению кредитора может произвести процессуальное правопреемство и с этого момента истцом станет новый кредитор. Но бывают случаи, когда истец отказывается от иска и уступает право требования другому лицу либо отказывается от иска в связи с заключением до этого момента договора цессии.

Отказ от иска влечет за собой прекращение производства по делу (пункт 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Спорным является вопрос о возможности обращения с аналогичным иском нового кредитора.

Например, Общество с ограниченной ответственностью (далее — Общество) обратилось в Арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее — покупатель) о взыскании задолженности по оплате товара, поставленного обществом с ограниченной ответственностью (далее — поставщик). Исковые требования основаны на договорах уступки права требования, заключенных поставщиком с другим обществом с ограниченной ответственностью и последним — с Обществом 1.

Решением суд удовлетворил иск, исходя из доказанности факта получения ответчиком от поставщика товара и отсутствия доказательств его оплаты.

Апелляционный суд отменил решение суда и, сославшись на пункт 2 части 1 статьи 150, часть 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, прекратил производство по делу. Суд апелляционной инстанции указал, что отказ поставщика (первоначального кредитора) от иска, заявленный в рамках другого дела и принятый судом, лишает всех последующих кредиторов, в том числе Общество, права на обращение в арбитражный суд с тождественным иском, поскольку к моменту заключения договора цессии право на заявление такого иска первоначальный кредитор утратил.

Общество в кассационной жалобе просило отменить постановление, полагая, что суд апелляционной инстанции неправильно применил статью 384 Гражданского кодекса Российской Федерации и неправомерно сослался на пункт 2 части 1 статьи 150, часть 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы кассационной жалобы, суд округа установил, что первоначальный кредитор (поставщик) сам обращался с иском к покупателю о взыскании спорной задолженности. Арбитражный суд прекратил производство по делу на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом первоначального кредитора от иска.

В силу части 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае прекращения производства по делу повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Во избежание нарушения единообразия судебной практики (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.03.2005 N 12752/04) суд округа оставил постановление апелляционного суда без изменения.

Вместе с тем такая позиция не является бесспорной. Сомнения связаны со следующими обстоятельствами: нового кредитора нельзя признать тем же самым лицом, поскольку процессуальное правопреемство в рамках ранее рассмотренного дела не производилось и цессионарий не стал истцом. Кроме того, пункт 2 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что отказ юридического лица от осуществления принадлежащих ему прав не влечет прекращения этих прав. Следовательно, кредитор, отказавшись от защиты нарушенного права, может распорядиться этим правом по своему усмотрению.

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

Adblock detector